1 Ц арь с Аманом отправились пировать у царицы Есфири,
Le roi et Haman allèrent au festin chez la reine Esther.
2 и когда они пили вино во второй день, царь спросил опять: – Царица Есфирь, чего ты хочешь? Все тебе будет. Какова твоя просьба? Даже полцарства – все получишь!
Ce second jour, le roi dit encore à Esther, pendant qu'on buvait le vin: Quelle est ta demande, reine Esther? Elle te sera accordée. Que désires-tu? Quand ce serait la moitié du royaume, tu l'obtiendras.
3 И царица Есфирь ответила: – О царь, если я нашла у тебя расположение и если это угодно царю, то даруй мне жизнь – вот чего я хочу. И пощади мой народ – вот моя просьба.
La reine Esther répondit: Si j'ai trouvé grâce à tes yeux, ô roi, et si le roi le trouve bon, accorde-moi la vie, voilà ma demande, et sauve mon peuple, voilà mon désir!
4 В едь я и мой народ проданы на погибель, уничтожение и искоренение. Если бы нас всего лишь продали как рабов и рабынь, я бы смолчала, и не стала из-за этого беспокоить царя.
Car nous sommes vendus, moi et mon peuple, pour être détruits, égorgés, anéantis. Encore si nous étions vendus pour devenir esclaves et servantes, je me tairais, mais l'ennemi ne saurait compenser le dommage fait au roi.
5 Ц арь Ксеркс спросил царицу Есфирь: – Кто же он? Кто осмелился такое сделать?
Le roi Assuérus prit la parole et dit à la reine Esther: Qui est-il et où est-il celui qui se propose d'agir ainsi?
6 Е сфирь сказала: – Противник и враг – этот подлый Аман. Аман задрожал от страха перед царем и царицей.
Esther répondit: L'oppresseur, l'ennemi, c'est Haman, ce méchant-là! Haman fut saisi de terreur en présence du roi et de la reine.
7 Ц арь в гневе поднялся с места, оставил вино и вышел во дворцовый сад. А Аман, понимая, что царь уже решил его судьбу, остался, чтобы умолять царицу Есфирь даровать ему жизнь.
Et le roi, dans sa colère, se leva et quitta le festin, pour aller dans le jardin du palais. Haman resta pour demander grâce de la vie à la reine Esther, car il voyait bien que sa perte était arrêtée dans l'esprit du roi.
8 В тот момент, когда царь вернулся из дворцового сада в пиршественный зал, Аман как раз приник к ложу, где возлежала царица Есфирь. Царь вскричал: – Да что же это такое, он еще вздумал изнасиловать царицу прямо в моем дворце?! Едва лишь слово слетело с уст царя, Аману накрыли лицо.
Lorsque le roi revint du jardin du palais dans la salle du festin, il vit Haman qui s'était précipité vers le lit sur lequel était Esther, et il dit: Serait-ce encore pour faire violence à la reine, chez moi, dans le palais? Dès que cette parole fut sortie de la bouche du roi, on voila le visage d'Haman.
9 И Харбона, один из евнухов, прислуживавших царю, сказал: – Вот и виселица высотой в пятьдесят локтей стоит у Аманова дома; он приготовил ее для Мардохея, чье слово спасло царя. Царь сказал: – Вот и повесьте его на ней!
Et Harbona, l'un des eunuques, dit en présence du roi: Voici, le bois préparé par Haman pour Mardochée, qui a parlé pour le bien du roi, est dressé dans la maison d'Haman, à une hauteur de cinquante coudées. Le roi dit: Qu'on y pende Haman!
10 И Амана повесили на виселице, которую он приготовил для Мардохея, и ярость царя улеглась.
Et l'on pendit Haman au bois qu'il avait préparé pour Mardochée. Et la colère du roi s'apaisa.